Открытое пренебрежениеНа протест «ревнителей» Никон ответил репрессиями, отправив в ссылку Аввакума, Неронова и других противников его начинаний. Вместе с тем заинтересованность светских и церковных властей в усилении положения церкви не исключала противоречий между ними. Никон позволял себе Соборное Уложение 1649 г. называть «проклятой книгой», которую надо уничтожить «ради освященного чина митрополитов и архиепископов».

Он требовал ликвидировать Монастырский приказ и отменить подсудность духовных лиц светскому суду. В предисловии к «Служебнику» 1655 г. он утверждал, что власть царская и патриаршая — это «богоизбранная богомудрая двоица», каждый член которой равен другому, что, однако, не исключает зависимости царя от патриарха, ибо царь должен поступать во всем «яко послушник святые и великие церкви».

Еще дальше он пошел в 1662-1663 гг. Отрицая византийское учение о «премудрой двоице», Никон подчеркивал: «Яко же месяц емлет себе свет от солнца, такожде и царь: поем-лет посвящение, помазание и венчание от архиерея, от его же абие воспринимать уже имет свое совершенное светило, еже есть: истиннейшую силу и власть.

Таковое есть то разнство между двумя лицами во всем христианстве, яковая есть между солнцем и луною».

Никон отстаивал принцип независимости церкви от государственной власти: «Яко, где же церковь под мирскую власть снидется, нести церковь, но дом человеческий, вертеп разбойникам». Никон часто напоминал, что при восшествии на патриаршество царь обещал чтить его как «отца крайнешего».

Так, 23 октября 1655 г. в Успенском соборе Алексей Михайлович назвал Никона «великим государем».

На время своего отсутствия царь поручал патриарху управление Москвой и попечение о царской семье. Никон принимал активное участие в формировании внешней политики государства, поддерживал главу Посольского приказа А. Л. Ордина-Нащокина.

В конце концов, он настолько почувствовал себя властелином, что на одном из церковных соборов заявил: «Мне-де и царская помощь негодна и ненадобна, да такоде на нее плюю и сморкаю».

Чаша терпения царя переполнилась.

В 1657 г. он возложил на Никона вину за неудачу в войне со Швецией. В 1658 г. во время приема в Кремле грузинского царевича Теймураза окольничий Б. М. Хитрово ударил палкой одного из патриарших дворян.

Никон, узнав об этом случае, просил царя расследовать дело и наказать Хитрово. Царь обещал разобраться, но ничего не сделал.

Патриарх расценил это как открытое пренебрежение к его сану главы Русской церкви.

10 июля 1658 г. царя ждали к торжественной обедне в Успенский собор.

Но вместо царя пришел князь Ю. Ромодановский, который заявил Никону: «Царское величество почтил тебя как отца и пастыря, но ты этого не понял, теперь царское величество велел мне сказать тебе, чтоб ты впредь не писался и не назывался великим государем, и почитать тебя впредь не будет». По окончании службы Никон объявил всем бывшим в соборе: «От сего времени я вам больше не патриарх, если же помыслю быть патриархом, то буду анафема» и удалился в монастырь.

Но понадобилось еще долгих 8 лет, чтобы при участии восточных патриархов, прибывших в Москву, в декабре 1666 г. лишить Никона патриаршего престола и простым монахом сослать в Ферапонтов монастырь. Собор, правда, нашел компромиссное решение: «Царь имеет преимущество в делах гражданских, а патриарх — в церковных».

Собор отменил светский суд над духовенством по гражданским и уголовным делам и восстановил в прежнем объеме права архиереев судить население своих вотчин.

Царь своими указами подтвердил эти решения.

Читайте так же:

Комментарии запрещены.